Цитаты

Искусство убеждать людей много выше всех других искусств, так как оно позволяет делать всех своими рабами по доброй воле, а не по принуждению. Георгий из Леонтин

Соц. сети


Термины

Посттравматическое стрессовое расстройство - отставленная и/или затяжная патологическая реакция на исключительное по силе психического воздействия, степени угрозы для жизни (природная или техногенная катастрофа, боевые действия, преступное посягательство и пр.) или значимости утраты (смерть близких, разорение и пр.)

Новости

24-09-2017
Петр Живный и Игорь Разыграев - диалог о гипнозе и психотерапии

В разделе Видеосюжеты опубликована запись беседы двух выдающихся гипнологов, учеников профессора В.Л.Райкова, Петра Живного и Игоря Разыграева. Смотрите видеосюжет

12-08-2017
Владимир Леонидович Райков

Опубликованы избранные философские материалы, научные статьи и творчество моего учителя, выдающегося гипнолога, профессора В.Л.Райкова. Раздел сайта "Владимир Леонидович Райков"
 

О гипнозе

Сознание и его границы

Куликов Л.В. Психология сознания

«Гипноз. Связь времен»

Обзор статьи Д.Виноградова «Гипноз-дело тонкое» из Медицинской газеты, выпуск №84, 1993 год.

В 1993 году в Москве во Всероссийском Центре профилактической медицины прошел Первый Международный конгресс по лечебному и творческому гипнозу и вызвал повышенное внимание как российских, так и зарубежных гипнологов, психиатров, психологов. Этот конгресс был посвящен памяти знаменитого итальянского ученого Марко Маркезана, создавшего в Милане Университет новой медицины.

Эксклюзивно о профессоре Райкове В.Л.

«Сначала я «видела» музыку в форме тонкой струны, жгута, несколько изогнутого. Этот жгут вворачивался в меня, я сама как бы оборачивалась вокруг него... я ощущала его». Нет, это не впечатления от действия ЛСД – так после сеанса творческого гипноза в 1996 году описывала свои переживания от прослушивания классической музыки одна из испытуемых Владимира Леонидовича Райкова, российского психотерапевта, ставшего, пожалуй, главным исследователем в области творческого гипноза.

В.Л.Райков - ЧТО БЫЛО СДЕЛАНО В МОИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ В НАУЧНОЙ РАБОТЕ

В.Л.Райков

ЧТО БЫЛО СДЕЛАНО В МОИХ ИССЛЕДОВАНИЯХ В НАУЧНОЙ РАБОТЕ

В настоящее время я заканчиваю научные исследования и поэтому хочу вкратце обобщить сделанное.

Многолетняя исследовательская экспериментальная работа в области изучения гипноза дала возможность сделать несколько важных теоретических обобщений и открытий.

Прежде всего, в области теории гипноза мне впервые удалось определить, что гипноз является особым состоянием сознания и имеет свой механизм и в физиологической системе организма и также в сфере психологического понимания сознания. Удалось показать специфическую изолированную, особую отдельность этого состояния.

Все предыдущие теоретические концепции по тем или иным причинам «отказывали» гипнозу в собственной специфичности своего психофизиологического состояния. Например, М. М. Суслова, М. Т. Орн и многие другие считали, что гипнотическое состояние есть тот или иной вариант, как они утверждали, «игры», т.е. гипноз считался чем-то вроде актерской игры. М. М. Суслова также полагала, что это гипнотическая игра не просто игра, а игра особого рода, после которой имеет место амнезия.

Тактильный гипноз профессора Райкова

Но какая же это игра, если после нее возникает амнезия? Это явления несопоставимые. В моих собственных исследованиях в глубоком гипнозе у взрослого человека удалось после специальных внушений осуществить физиологическое и психологическое воспроизведение состояния новорожденности и неонатальными детскими рефлексами и соответствующим поведением новорожденных. Этот эффект при самом большом желании сыграть и искусственно воспроизвести невозможно. Удалось также в этом состоянии у испытуемых получить адекватную ЭЭГ . (В. Л. Райков. Эволюционный рационализм. М., 2003).

Э. Хилгард полагал, что в гипнозе существует действительное состояние измененного сознания, но базируется оно на нормальной памяти, внимании, т.е. на бодрствующем состоянии сознания. Таким образом, измененное сознание в гипнозе, по Э. Хилгарду, базируется на нормальном и бодрствующем сознании. М. П. Невский и некоторые другие советские ученые полагали, что гипноз - это частичный сон (т.е. как я понимаю их позицию, это состояние измененного сознания возникает из состояния естественного сна).

В наших исследованиях было показано, что ни в одной из стадий сна невозможен переход в состояние гипноза без электрофизиологического пробуждения, т.е. выхода из сна. Поэтому в отличие от точки зрения западных ученых, я считаю, что в состоянии гипноза имеет место не состояние измененного сознаний, идущее от бодрствования или от сна, а является вообще особым состоянием сознания самим по себе.

Это особая психофизиологическая функция. Это ни сон, ни бодрствование, ни состояние измененного сознания. (Может быть, еще можно было бы говорить о состоянии «трансформированного сознания». Я также писал раньше. Но если можно так говорить, то, несомненно, более верно говорить об отдельной форме сознания и отдельной психофизиологической структуре).

 

Второе открытие было о наличии так называемого «активного сомнамбулизма», когда загипнотизированный в глубоком гипнозе мог активно действовать и быть абсолютно похожим на человека бодрствующего без каких-либо признаков заторможенности. Таким образом, здесь можно говорить о состоянии иносознания.

Третье открытие возможности активной деятельности в этом состоянии и, главное, созидательной творческой деятельности и особенно в гипнотическом образе великого творца С. В. Рахманинова, Ф. Корейслера, И. Репина и т.д.

 

И, более того, практика показала, что творческая деятельность в гипнозе оказалась более успешной, чем в состоянии бодрствования (публикации в статьях и книгах). Причина такой активации творчества заключалась в усилении возможности более активного эмоционального мотивирования творческого процесса в гипнозе, чем в обычном состоянии сознания, а также в новой творческой ориентации загипнотизированного через внушенный образ великого творца.

Отсюда новый взгляд на творчество как на процесс иначе выраженной неосознаваемой эмоциональной мотивации и мотивации ощущения новых возможностей творчества через внушенно новое ощущение себя. И поэтому возможности достижения успехов и в гипнозе или при сверхмотивации в обычной жизни. Я назвал это третичным фактором. Эффект сверхмотивации и существования в творческой эстетической атмосфере (это есть в книге).

дневники гипнолога В.Л.Райкова

Но, очевидно, самые важные позиции возникли в понимании самого сознания. В противоположность общеизвестным предыдущем социальным концепциям я считаю, что сознание - конструкция многоплановая, подчиненная контролю сознания вербального, и в основе его существования и развития фундаментальный закон наследовательности усложнения сознания от одного вида живых существ к другому.

Я полагаю, что сознание человека состоит из двух основных компонентов. С одной стороны, это общая программа возможности наследственного взаимодействия живого существа с окружающим и соответствующее реагирование по этой программе в связи с той или иной необходимостью сложившейся ситуации. Вторая часть этого взаимодействия существа со средой обеспечивает конкретную выработку программы для действия существа в данный момент и осуществления необходимого действия (естественно в соответствии с общей программой возможности данного существа, которое фактически вырабатывает свою программу сознания для каждого момента жизни).

Итак, возникает программа усвоения живого существа в связи с содержанием усвоения окружающей информации. Значит, сознание - это сначала, прежде всего биологическая функция возможности различения, оценки качества и степени этого различения окружающей среды (и выяснения полезности и среда и необходимости того или иного действия в связи с этим).

Ну, а как понимать с этих позиций, что такое психика - это психическая деятельность, как объединение всех процессов психических функций, это интегративное понятие, идущее еще из понятий античной древности, где Психея определялась как душа. Психика это литературный исторический и эстетический термин, но с моей точки зрения не научный. Я в этом случае ввел термин «понятийность» у живого существа в связи с которой   существо   так   или   иначе   должно   действовать,   что   является результатом усвоения информации, необходимой к действию.

Считаю нужным подчеркнуть, что введенный термин никакого отношения к общепринятому термину и процессу «понятия» не имеет. «Понятийность» - это, на мой взгляд, наиболее близкое практическое объяснение того, что я определяю как процесс и результат функции невербального сознания (которое я определяю как «мини-осознавание» по каналам восприятия и сознания эмоционального (см. книгу).

Организм как бы «неосознанно понимает», эмоционально чувствует, «ощущает» (или выберите любой другой термин), как и на что нужно реагировать и что и как нужно делать. Но что самое главное, что это происходит вне активной функции внимания, вне того, что было красиво названо Криком «прожектором внимания». Наше сознание основано на так называемой «вербальной понятийности» (см. также в книге) при необходимости могло сконцентрироваться на той или иной ситуации «вербально» и не только осознать ее, но и вербально проанализировать и поэтому наиболее полно и глубоко понять ситуацию.

Мне также нет необходимости введенный термин «понятийности» как-то специально анализировать. Я ввожу его как совершено новый термин, не нарушая его общепринятого, который существует отдельно в своем собственном понимании, смысла. Может быть, этот термин ближе всего мог быть к тому понятию, которое употребляется у западных ученых как «awarness" (осведомленность), в частности у Стивена Приста (С.Прист. Теория сознания. М., 2000).

В сущности эффект понятийности должен иметь свою форму так называемого «мини осознавания» и это должно принадлежать всем видам восприятия. Я однако считаю, и много об этом писал, что восприятие всегда связано с той или иной формой невербального сознания и соответствующего отсюда мини-осознавания. Это, например, заставляет нас действовать вне вербального осознавания, допустим, уклоняясь от летящего в нас камня (что почему-то определялось как автоматическое действие?), Где, какой автомат? что включает? какое действие? На самом деле человек зрительно воспринимает летящий камень и на невербальном уровне зрительного сознания, зрительной «понятийности», «мини осознает» это, и мгновенно действует, уклоняясь от камня. И осуществляется это по бихевиористскому механизму.

Четвертое. Мне удалось показать, что человеческое сознание определяется несколькими факторами: это биологическая наследственная программа от животных предков. Здесь общий механизм программы существования живого. Кроме того, это генетическая специальная программа речи - ген речевого сознания «фокс П-2» и ген специального речевого слухового восприятия «альфа текторин». И, конечно, соответствующего развития мозга именно в готовности к появлению вербального сознания, т.е. возможность из звукового хаоса выделять и запоминать речевую .... и использовать ее. Это и есть вербальное мышление и возможность использования его в практическое жизни. И это не просто какое-то профессиональное сознание, с которым может справиться сознание вербальное. Например, дворник, пожарник, экономист и т.д. могут усвоить свою профессию через вербальное сознание. Т.е. его можно обучить через общепринятые варианты сознания. И только специфические варианты сознания (шахматы, математика) где есть свой язык и свой центр сознания в мозгу, требуют особого обучения.

Пятое: связано с моим пониманием мышления как формы движения сознания. Сознание здесь является как содержание информации ( в словах, в зрительном восприятии, или других каналов восприятия, или эмоциональное сознание). И движение этого содержания и есть мышление (см. книгу ниже; В. Л. Райков. Сознание. М., 2000).

Шестое. Подчеркиваю, что нужно также отметить анализ моего нового понимания особых специфических состояний сознания (шахматного, музыкального, математического). Необходимо проанализировать это.

Для возможности овладения этими формами деятельности необходимо овладеть языком этой формы: шахматного сознания, сознания музыкального и т.д. Отсюда необходимо и соответствующее мышление (шахматное, математическое и т.д.).

Необходимо также отметить, что в вербальном мышлении нужно учитывать и формы грамматического мышления в языке (что также определяется и соответствующими центрами в мозгу, центрами Брока и Вернике. Центр Брока контролирует семантику, центр Вернике контролирует словесное понимание содержания слов. Это принципиально важно, и это новый подход.

Седьмое. В процессе практического использования, сознание осуществляется комплексно и с необходимой доминантой того или иного сознания в данный момент. Один вариант сознания постоянно сменяется другим, или также взаимно объединяется с каким-то другим (см. Райков В.Л. Эволюционный рационализм. М. 2003). Например, при игре в шахматы шахматное сознание комбинируется с сознанием вербальным, зрительным, эмоциональным и т.д. Однако основное здесь сознание шахматное (т.е. умение играть в шахматы), без которого осуществление мышления в шахматах невозможно. (Часто в научной психологической литературе встречается термин «шахматное мышление» в отсутствие объединения с шахматным сознанием и даже вне контекста шахматного сознания). Это большая ошибка не только терминологическая, но связанная с пониманием прежде всего процесса (В. Л. Райков. Сознание. М., 2000).

В процессе сознания есть свои собственные законы, где имеются сложные комплексные характеристики биологические, психологические и социальные.

На мой взгляд, не следует переоценивать факты социальные, в основу которых сейчас положено все существование человечества. На мой взгляд, в наше время необходимо обратить внимание на специфические особенности собственной функции сознания как такового, имевшего место у человека и до появления языка и после появления языка.

Некоторые из этих закономерностей здесь, в этой книге, были представлены и проанализированы.

Самая, однако, важная функция такого сознания заключается в особенностях и в сущности его существования и развития. Эта основная для нашего времени закономерность в появлении в сознании противоречий в отношениях, позициях, концепциях. Эти противоречия, однако, не являются результатом самого процесса разумного развития, которое является естественной функцией прогресса..

Противоречия возникают в результате тех биологических наследственных животных инстинктов, которые остались у человека от геноме животных. Это наследие связано и со стремлением к лидерству, к личному доминированию. Это и использование экспансии и агрессивности для достижения успеха в этом стремлении и в этом доминировании. И, наконец, это уже сознательная, планируемая организация индивидуального или коллективного преступления, которое свойственно уже только человеку и совершенно отсутствует у животных. В условиях современного технологического прогресса такое положение вещей может быть гибельно для человечества. А биологическая организация в эволюции жизни сама по себе, конечно, не предполагает преступления.

Ятакже думаю, что объяснение опасности этой ситуации в современной науке и общественной жизни, если бы оно было достаточно широко организовано, а также попытка позитивно-эмоционального влияния на человека через искусство могли бы, может быть, помочь дать путь людям, надежду и шанс, и возможность позитивного развития и выживания.

Десятое. Мне также удалось определить и то, что принято понимать как сознание в обычной жизни, т.е. общее функционирующее сознание в повседневности, которое я назвал «практическим сознанием».

Это сознание базируется на вербальном понятии действительности (т.е. в той или иной парадигме психической деятельности, которая опирается в усвоении и понятии мира в сфере знаковой системы языка. Тем не менее языковое мышление в практической повседневной жизни человека не осуществляется в полной, законченной форме. В обычной жизни, в обычном мышлении это происходит иногда фрагментарно, или даже не имеет места вообще. Человек, опираясь на невербальные потребности и руководствуясь необходимостью их удовлетворения, ДЕЙСТВУЕТ по необходимости и по потребности, и не обязательно фиксируя на этом внимание. Живое существо и человек чувствуют, что надо делать и делают, не обязательно выводя это в процесс осознавания и вербального анализа. И чем меньше чисто вербального анализа, тем человеку легче (Райков В.Л. Эволюционный рационализм. М. 2003).

Хочу еще добавить, что при психологических исследованиях очевидно необходимо считаться также и с особенностями грамматического мышления языка, т.е. не только возможностями знать, понимать смысл и содержание слов, но и иметь возможность грамматически изменять слова, осуществляя собственное ЯЗЫКОВОЕ, РЕЧЕВОЕ МЫШЛЕНИЕ) оперируя содержанием слова в определенных функциональных изменениях. Это дает возможность словами в разных вариантах своего грамматического представления осуществлять словесное движение в необходимом для человека направлении (т.е. мыслить вербально). Поэтому необходимо очень хорошо знать язык, чтобы хорошо мыслить.

В своих работах, начиная с 1998 г., я неоднократно указывал на определяющую закономерность и фундаментальный закон появления сознания (известно, что процесс появления Вселенной обусловлен фундаментальным законом). Таким образом, возможность появления сознания также входила в этот закон и также была частью закона развития Вселенной. Это могло происходить и происходило только при определенных условиях (наличие звезды, планеты, воды и т.д. (В. Л. Райков. Вселенная в человеке. М., 2000).

Особенно выраженная закономерность в этом плане прослеживается тогда, когда жизнь в самом примитивном виде уже появилась. Последовательность смены видов всегда осуществлялась строго последовательно и закономерно. Млекопитающие не могли появиться из рыб, а пчелы из динозавров. Процесс мутации почему-то в известной мере считается эффектом случайности, но на самом деле это закономерность возможного, происходящая, однако, достаточно редко (Райков В.Л. Эволюционный рационализм. М. 2003). Кроме того, мутирующие вирусы -явление достаточно частое, и эта способность дает им возможность успешно действовать и развиваться, препятствуя попыткам организма, в который они проникли, уничтожать этот вирус (лекарства, иммунитет).

Кроме того, еще несколько лет назад ученые считали, что финальный этап появления человека произошел через эволюцию от обезьян. На самом деле это было не так. Как считает современная наука, люди и обезьяны – это две  ветви  самостоятельного эволюционного развития  от одного  предка (примата).

Считалось, что основа появления человеческого сознания был труд. Современные специалисты (Сара Ташкова, США) полагают, что человек появился 200 тыс. лет назад в Африке (Симпозиум популяционной эволюции. Лонг Айленд, США, 1998). Но только 150 тыс. лет назад у человека появился язык. Пятьдесят тысяч лет люди безмолвствовали. Естественно, что в немом состоянии у человека не могло быть нормального человеческого сознания. Общеизвестно. что у человека были предшественники (австралопитеки), которые жили более миллиона лет назад (трудились, видимо, тоже, конечно, много), но человеческого сознания так и приобрели.

Наиболее рациональное понимание появления человеческого сознания было обусловлено на мой взгляд прежде всего возникновением специфических анатомических и физиологических параметров функции мозга, а потом уже труд и все другое. Здесь, очевидно, может быть главным появление

генетической программы речи и специальной программы слуха Фокс П-2 и альфа текторин. Но это произошло только у хомо сапиенс, а не у австралопитеков, неандертальцев, питекантропов и т.д.

Я, как правило, писал о появлении человеческого сознания в основном как действии фундаментального закона. И последнее время больше как об определенной программе (хотя в данном случае отличить закон от программы невозможно, т.к. неизвестны первопричины этих явлений).

В самых последних исследованиях, проведенных южнокорейскими учеными совместно с американскими в университете Сеула, удалось получить стволовые клетки у клонированных человеческих эмбрионов. Ученые создали из этих клеток колонию и пересадили их в организм мышей, и клетки эти стали трансформироваться в различные специфические клетки указанных животных (журн. Сайенс, 13 февраля 2004 г.).

Итак, внимание! Вдумайтесь! Человеческие стволовые клетки дали начало росту ткани животного, мыши, т.е. существа достаточно далекого от человека.

Таким образом, биологическая ткань человека при определенных условиях может соответствовать биологической ткани мыши, и не просто соответствовать. Из нее могут формироваться специфические ткани мыши.

ИТАК, ИЗ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ТКАНИ МОЖЕТ ФОРМИРОВАТЬСЯ ТКАНЬ ОРГАНОВ МЫШИ.

Невероятно! Ведь это все не только свидетельствует о единстве всего живого. Это свидетельствует и о единстве конструкции и о единстве конструирования всего живого.

Если из ткани человека воспроизводится ткань мыши, то, значит, она потенциально физиологически и биохимически уже должна была включать возможную ткань органов человека. Наука свидетельствует, что у мышей и у человека сходные и даже те же самые биологические органы.

Сейчас было отчетливо показано, что не только те же органы, но человеческая ткань после определенных манипуляций может эти органы воспроизводить.

Значит, при единой основе жизни процесс изменения видов был известным образом закономерно, запланировано определен. И как бы мне ни хотелось сделать эти понятия только метафорическими, это не удается. За общим понятием фундаментального закона определенно «скрывается» программа биологического возникновения жизни. Ведь если из человеческой ткани могут создаваться органы мыши, то существует единая закономерность и последовательность жизнеразвития, существует программа жизни. Я думаю, что рано или поздно механизм, определяющий последовательность возникновения видов, будет найден. Отсюда, очевидно, теоретически нельзя исключить, что через какое-то время из ткани мышей (из колонии их стволовых клеток) могут быть получены и ткани человека. И это будет также новое свидетельство программности живого.

            Так или иначе, возникает ближайший вопрос: зачем все это? Ответ раньше мною был дан - для появления человека, для появления его сознания. Ну, а зачем сознание?

ДЛЯ ПОЗНАНИЯ ВСЕЛЕННОЙ САМОЙ СЕБЯ ЧЕРЕЗ ЧЕЛОВЕКА (В.Л.Райков. Вселенная в человеке. М., 2000). И ПРОДОЛЖЕНИЯ ВСЕЛЕНСКОГО СОЗИДАНИЯ, НО УЖЕ РУКАМИ ЧЕЛОВЕКА, СОЗИДАЮЩЕГО РУКОТВОРНЫЕ (И В ДАЛЬНЕЙШЕЙ ПЕРСПЕКТИВЕ ШИРОКОМАСШТАБНЫЕ)           ОБЪЕКТЫ, В ЧАСТНОСТИ, ИСКУССТВЕННОГО МАШИННОГО И НЕЖИВОГО СОЗНАНИЯ И ДАЖЕ, МОЖЕТ БЫТЬ, КОГДА-НИБУДЬ СОЗДАНИЯ НОВОЙ, РУКОТВОРНОЙ ГАЛАКТИКИ. А первые шаги в этой области уже сделаны: искусственные спутники появляются, ближайшие планет, хоть робко, но осваиваются.

 

ДОПОЛНЕНИЕ

В процессе написания этой книги у меня возникли некоторые новые идеи, которые могут иметь смысл только при повторении текста.

Человеческое миропонимание определяется всегда возможностями человека, его стремлениями, которые могут быть и осознаваемы и неосознаваемы. Они могут быть понятны или воплощаться только в предчувствии. Это может быть направлено и на непосредственные насущные потребности сиюминутной необходимости, и на любые глобальные задачи освоения и познания Вселенной.

Подчеркиваю, что процесс формирования сознания человека и разума был прежде всего обязательно биологическим и эволюционно достаточно долгим. Он включал в себя сложнейшие трансформации живого с многочисленными переходами видов и их совершенствованием в направленности к появлению человека и, главное, человеческого сознания. Во время этого процесса генетические программы различных живых существ так или иначе зафиксировались и адаптировались, и определились в геноме человека. И это в той или иной степени сформировало биологическую

структуру активности человека, его поведения, его сознания, его мышления (см. В.Л.Райков. Эволюционный рационализм. М., 2003).

Коснемся, однако, хотя бы вкратце и некоторых моментов психофизиологической активности человека, и так называемых интуитивных и неосознаваемых форм его поведения.

Некоторые из этих наследственных форм существования, эволюционно у нас закрепившихся, такие как экспансия, злоба и т.д., не только продолжали и продолжают влиять на человеческое сообщество, и, стало быть, формировать его поведение. В конечном итоге сейчас это является очень важным. В этом кроется основа всяких конфронтации, войн. И в наше время это грозит гибелью человеческого сообщества.

Более того, основываясь на этих инстинктивных реакциях, которые, несомненно, были необходимы живым существам для выживания и борьбы за существование, человек с помощью своего сознания смог «развить и усовершенствовать» эти принципы, создав (совершенно немыслимое среди животных) явление - преступление.

Преступления, войны, агрессия, злоба, зависть — вот те печальные следствия нашей биоэволюции в человеческом существовании. Это и те основополагающие позиции, которые, продолжая развиваться (сами

по себе как закономерность развития сознания), непременно могут , повторяю, в наше время, к сожалению, привести к гибели человечества (см. В. Л. Райков. Эволюционный рационализм. М., 2003).

Появление собственно человеческого сознания было обусловлено возникновением языка. Язык - основа именно человеческого сознания. Это и средство общения, это и основа и механизм мышления, и это и механизм познания и созидания. Язык это и возможность не зависеть от биологической программы и формировать свое мировоззрение в связи с достижениями современности. Но язык не может являться единственным механизмом сознания. Он может возникнуть только при соответствующим образом биологически сформированном человеческом существе, и соответственно сформированном человеческом мозге с необходимыми физиологическими возможностями (организации центров речи, возможностями организации специфических центров шахматного, музыкального и другие профессиональных вариантов сознания, для которых необходимо формирование своего языка и своего специфического мышления для данного сознания).

Кроме того, для возникновения речевого человеческого сознания необходимо было появление специальной генетической программы, которая, по свидетельству английских генетиков, появилась у человека около ста тысяч лет назад (ген речеобразования Фокс П-2 и ген слухового усвоения речи О-текторин).

Появление физиологических и анатомических предпосылок давало появившемуся хомо сапиенс (около двухсот тысяч лет назад) возможность уже психологической и социальной организации формирования сознания и соответствующего жизнеустройства.

Процесс организации психологического и социального жизнеустройства также представляет особый интерес. Он комбинируется с биологическими и собственными психологическими законами развития сознания с теми достижениями цивизационного развития, которых люди достигают (достижения в искусстве, техническом развитии, развитии науки и социальных взаимоотношений).

В связи с изучением сознания я пришел к выводу, что существует два его типа - это сознание невербальное и сознание речевое - вербальное.

Я также много раз касался проблемы предложенного мною эмоционального сознания, которое является сознанием невербальным. Эмоциональное сознание эволюционно формируется у живых существ из ощущения того, что хорошо и полезно и того, что плохо и вредно. Эта способность дифференциального различения в конечном итоге вызывает программу действия ухода от того, что вредно, и стремления к тому, что хорошо. Эмоциональное сознание является важнейшим компонентом существования всего живого от самых примитивных реакций до эмоций человека.

Все действия живого при самых различных уровнях из видового совершенства так или иначе укладываются в эту схему (Ощущения, понятия того, что хорошо, и совершения действий, удерживающих свой организм в этих условиях и осуществление действий, избегающих того, что плохо. Итак, эмоциональное сознание — это система оценки окружающего и себя в окружающем и выработка программы действия и поведения в связи с этим, (см.: Райков В.Л. Эволюционный рационализм. М. 2003). Накопленный опыт возможности действий в той или иной ситуации, очевидно, может входить в программу генома данного вида существ и в программу индивидуальной памяти, и это будет определять и направленность поведения, и действия существа данного вида и человека тоже.

Я также полагаю, что в процессе повседневной практической функции сознания люди чаще всего руководствуются эмоциональным сознанием. Очевидно это то, что обычно в науке определяется как неосознаваемое. (Райков В.Л. Эволюционный рационализм. М. 2003). Здесь имеется в виду, что информация, поступающая в организм, анализируется именно эмоциональным сознанием, которое и оценивает ситуацию и вырабатывает программу своего действия, исходя из своих генетических программ и опыта индивидуального. В процессе своей жизни человек ежеминутно совершает массу всевозможных мелких, незначительных действий, находящихся вне сферы его активнорго внимания и сознания, которые он не замечает. Они инициируются невербальным и неосознаваемым, незамечаемым компонентом эмоционального сознания. Например, человек может изменить положение своего тела при сидении в кресле и сесть более удобно (при этом, естественно, не обращая на это внимание). Спросите, при чем здесь эмоциональное сознание? При том, что человек испытывает отрицательные эмоции при неудобстве позиции тела (и необходимость в связи с этим ее изменить на удобную, оценивая ее как эмоционально позитивную и приятную). Таким образом, все минимальные и многочисленные практически беспрерывные варианты человеческой двигательной активности, его действия определены именно потребностями организма в данную минуту и даже секунду, разрешаемую каким-то действием. Эти действия я рассматривал как элементы так называемого «мини-осознавания по каналам восприятия» через действие и в качестве действия. Допустим, человек идет по тропинке в лесу и о чем-то думает, наслаждается окружающей природой, но на его пути возникает какое-то незначительное препятствие. И он, не отрываясь от своих мыслей, и не переключая внимание на усвоение и анализ этого препятствия (как бы не замечая его) благополучно его обходит. Используя термин Крика (см. В. Л. Райков. Искусство должно нас спасти». М. 2003) на «экране сознания» возникает функция «прожектора сознания», но на уровне визуального сознания, не выходящего на уровень введенного мною понятие «вербальной понятийности», т.е. на уровень словесного речевого анализа (В. Л. Райков. Сознание. М., 2000).

И только если такое препятствие будет значительным и на визуальном или тактильном уровне его нельзя будет решить, то тогда включается уже вербальный анализ и «вербальная понятийность». В практической ежедневной жизни человек обычно руководствуется именно невербальным сознанием, базирующемся на комбинации так называемых сознаний, названных мною сознанием по каналам восприятия (см. В. Л. Райков. Сознание. М., 2000).Это осознание зрительных, слуховых и других восприятий также контролируется эмоциональным сознанием. Я полагаю, что процесс вышеуказанного «мини-осознавания» может быть свойственен и сознанию эмоциональному (когда не просто решается, что хорошо и что плохо, но и определяется, в какой степени это может быть хорошо или плохо, и каково качество этой полезности или вреда и как надо действовать в связи с этим. Для человека такого рода оценка может дополняться какой-то, допустимо, вспышкой зрительного воображения из имеющегося его личного опыта или инстинктивной программы реагирования. Например, если человек видит пожар, клубы дыма, он инстинктивно чувствует опасность и его воображение может воспроизвести для него картину той страшной опасности, если бы он оказался в горящем здании. Или если человек видит букет сирени и ощущает необычайно приятный аромат цветов, у него могут возникнуть ассоциации летнего дня, синего неба, озера, дачного домика и т.д. Могут возникнуть какие-то другие восприятия, например, тактильные; человек может представить, что он купается в речке в теплой воде около склонившейся с берега куста сирени.

В эту сложную комбинацию сменяющихся ощущений однако могут вплетаться и отдельные вербальные элементы фраз или отдельных слов. Например, при пожаре это могут быть, допустим, слова: ужас, опасность, бежать и т.д. При наслаждении запахом цветов могут мелькнуть вербальные элементы «какое удовольствие», «очаровательно», «как приятно» и т.д.

Важно, что при вышеуказанных процессах реакций эмоционального сознания возникает определенная ситуация того, что я понимаю как эффект «эмоциональной понятийности», т.е. это как бы понимание и оценка ситуации для необходимости того или иного действия. Самое важное, что любое воображение и невербальная эмоциональная реагируемость человека в подавляющей степени всегда опирается на потенциальное вербальное знание и, как я писал, вербальную возможность понимания ситуации, «вербальную понятийность», вплоть до возможности вербального анализа и аналитического вербального мышления человека. Отсюда возможен анализ мышления как функции движения сознания.

Нельзя думать, что эмоциональное реагирование и проявление эмоций осуществляется только в период каких-то ярких проявлений радости или страха и раздражения. Эмоциональное сознание имеет место всегда и его манифестация только по необходимости. В литературе нет четкого определения и понимания мышления как психической функции и как процесса более широкого и всеобъемлющего. Здесь нет необходимости подробно описывать это явление. Вкратце, я понимаю сознание как некую информацию, содержание того, что усваивается существом. Форма этой информации может быть различна в зависимости от характера своего источника поступления (это может быть зрительная информация, обонятельная, тактильная, словесная и т.д.), т.е. сознание - это всегда содержание того, что усваивается, а мышление - это движение информации, это динамическое взаимодействие всего поступающего к человеку содержания, им усвоенного. Это постоянное взаимопроникновение одного в другое и есть сознание и мышление. Это можно понять, допустить, представив себе ситуацию, когда человек концентрирует свое сознание на каком-то одном  процессе, например, вдыхание аромата цветов и видит кругом краем глаза какие-то предметы (стол, окно, небо). На этих последних предметах он не концентрируется, они не являются целью активного изучения. Это пассивное восприятие. Это иллюстрация восприятия зрительного сознания вне движения его содержания. Оно для нас как бы застыло. Оно только используется человеком для мышления. Т.е. это как бы утрированный пример сознания без его движения, без мышления, без переходов зрительного, тактильного, обонятельного сознания одного в другое и выхода в вербальный анализ. Именно эти переходы и иллюстрируют мышление, которое ведет к осознаванию, как к общему интегративному процессу, и есть мышление.

Мышление может, однако, доминировать в системе какого-то одного варианта сознания (например, музыкального у музыканта , зрительного у художника, вербального у писателя и философа, шахматного у шахматиста и т.д.). Повторяю, что и в этом случае превалирующего доминирования все-таки всегда имеет место комбинирование разных вариантов сознания. Например, пианист, играющий на рояле, пользуется зрением, чтобы правильно попадать на клавиши, адекватно сидеть на стуле, определять процесс своего творчества также в условиях понимания через вербальное сознание (понимать, какие произведения он играет, в какой аудитории и т.д.).

            Процесс указанного выше эффекта «мини-осознавания по каналам восприятия» (Райков В. Л. Эволюционный рационализм. М. 2003) несет в себе, как указывалось, возможность воспринимаемой информации сознания по каналам восприятия на уровне, который я описывал как «мини-осознавание», может при «сверхзначимости содержания информации» стать максимально осознаваемым, требующим активнейших и немедленных действий. Сверхзначимость информации может оцениваться и на уровне вербального сознания.

Процесс мышления имеет еще совершенно особое значение, когда используется грамматика языка и имеют место законы языкового изменения слов, фраз, и слова приобретают возможность специфического движения языкового грамматического мышления. Кроме того, человек может не только усваивать содержательную информацию сознания, но и продуцировать свое собственное в воображении в той или иной форме сознания, в качестве именно проекции своих планов, желаний и в любой форме деятельности, творческого созидания. Таким образом, человеческое сознание обладает несколькими формами усвоения и контроля окружающего и своего представительства в этом окружающем. Можно, конечно, льстить себя надеждой, что большинство механизмов сознания стали уже так или иначе изучены. Хотя мне кажется, что это слишком оптимистично. Мало понятны до сих пор процессы восприятия как формы сознания; не понимается также, что такое психика, ее отличие от сознания и ее связь с сознанием, а также ее присутствие у животных и у человека, и ее отличие от действия у животных от человека. Не определена также сама психика как функция отдельного психофизиологического процесса и ее отдельный смысл и задачи. Если определять психику как действие функций физиологических, то это тоже неверно. Академическое образование в понимании сознания происходит по устаревшей, ретроградной концепции сознания (См.: В.Л.Райков. Сознание. М., 2000) А.Н.Леонтьева. Остается, на мой взгляд, самое интересное, каким образом все-таки осуществляется мышление и можно ли это проанализировать подробно. Я уже писал об этом выше. Повторяю это еще раз с некоторым дополнительным нюансом.

И все-таки, каким образом может осуществляться процесс, допустим, творческого писательского созидания, процесс творческого мышления писателя? Особенность писательского искусства состоит в том, что оно происходит именно как форма речевого, вербального мышления. Естественно полагать, что указанный созидательный процесс также , казалось бы, должен осуществляться на речевом уровне. Таким образом, процесс возникшего и возникающего творчества должен был бы уже первично появиться в качестве речевого языка.

На практике, однако, это происходит не так. Процесс возникновения творческой идеи (помимо биологических и генетических предпосылок) определяется усвоенным индивидуальным опытом и культурой и эстетической ориентацией, эстетической позицией и эмоциональным отношением, и, главное, интересом и к процессу возникновения идеи, и возможности ее развития, и процессу ее воплощения в текст. Эта формирующаяся идея может, например, необычайно ярко осуществляться в форме зрительного воображения и переживаться писателем с фантастической достоверностью. Так, известно, что Г.Флобер настолько ярко визуально и эмоционально переживал смерть мадам Бовари, что его рвало от боли в желудке, когда он мучительно ощущал переживания своей умирающей героини (описывая сцену ее смерти).

Итак, зрительное воображение с адекватным эмоциональным переживанием, с соответствующим общим культурным, интеллектуальным и духовным отношением к теме. И только когда невербальная общая основа темы становится определенной, тогда начинается вербальная интерпретация, вербального речевого изложения. Интересно, что когда обратились к известнейшему писателю В. Набокову, который абсолютно одинаково владел и русским, и французским, и спросили его, на каком языке он думает, то писатель ответил, что человек думает, вероятно, все-таки не на языке.

            Красиво сказал недавно по этому поводу известный сатирик М. Жванецкий в интервью по поводу своего семидесятилетия.: «Я творю сердцем, а воплощаю в словах».

В действительности, это, по-видимому, так. Человек творчески созидает на уровне комбинаций различных форм сознаний в сложной многоплановой творческой интенции. А программу появляющегося произведения уже потом переводит в вербальное мышление.

Это может быть, как мне кажется, та приблизительная схема, которая может определять процесс сознания, мышления вообще и творческого мышления в частности.

Однако, процесс изучения сознания будет осуществляться еще бесконечно долго. Это касается еще и физиологического, биохимического, электрофизиологического изучения механизмов сознания, его квантовой волновой природы и т.д.

Очевидно, что могут возникнуть еще пока не предполагаемые и не мыслимые в настоящее время задачи, которые мы сейчас даже и поставить не можем. И именно поэтому новые задачи надо ставить, чтобы потом последовательно их решать.

Итак, процесс творческого воплощения писателя - это переход из невербального сознания, самых различных вариантов невербальной информации невербального сознания в сознание речи.

Еще раз подчеркиваю, что процесс творческого воплощения всегда обусловлен мышлением, т.е. переходом одного вида сознания в другой и проецирования полученной модели в воображении та или иная способность базируется на обобщенном содержании генетической информации личности, особенностях мозговой функции, определяющей ту или иную способность к той или иной форме искусства; наконец, на особенностях онтогенеза, культуре, нравственности, духовности, т.е. интегрированном сознании и самосознании с мотивированным желанием заниматься этим видом искусства. Таким образом, это по существу, «высвечивается» сущность всей личности, с направленностью к какому-то виду искусства. И весь этот интегративный. обобщенный комплекс личности, направляемый в результате эмоциональным сознанием, переходит при живописном творчестве в зрительное сознание и развитие умений и способности к живописи. Ну, а в писательском варианте весь указанный комплекс личности переходит в вербальное сознание и вербальное умение «переводить себя» и свои идеи в их написание, т.е. эмоциональное сознание переводить в вербальное.

Аналогичный процесс происходит и в музыкальном творчестве, но здесь субъективные возможности переходят в музыкальное сознание (соответствующее образование по изучению музыкального языка, музыкального мышления и приобретение практической способности играть на каком-то музыкальном инструменте и т.д. Та же схема распространяется и на способности к шахматам, математике и всем другим профессиональным специфическим формам сознаний, которые не могут разрешиться на уровне уже имеющихся форм сознания. Более того, при овладении этими специфическими профессиональными вариантами сознания возникает специфический центр в мозгу. При вербальном сознании это центр Брока и Вернике, при изучении иностранного языка возникает новый центр Брока. Есть также центр шахматного сознания и сознания музыкального и математического в правом полушарии мозга. Естественно, что мышление происходит в связи с самим процессом игры в шахматы или занятиям математикой, через соответствующее сознание, когда осмысливаются те или иные шахматные комбинации и математические оперирования и т.д.

Я также полагаю, что занятие спортом, скажем, теннисом, футболом, гимнастикой и другими его сложными видами, также формируют специфическое двигательное сознание.

Более того, всякое сложное овладевание какими-то процессами сложной деятельности так или иначе формируют свое, специфическое сознание, в той или иной степени комбинируя его с другими, уже имеющимися у человека вариантами сознаний (например, зрительным, вербальным, тактильным и др.). Поэтому я также ввожу понятие двигательного варианта сознания. Человек обучается сложной комбинации движений с раннего детства и может формировать их структуру при занятии спортом. И это одна из важнейших психических функций в организации вариантов сознаний.

Таким образом, не только движение сознания как мышления, но и движение человека физическое (ходьба, бег, спорт) управляются сложными психофизиологическими процессами и должно определяться как формой двигательного сознания и на невербальном неосознаваемом уровне. Процесс этот может иметь и компонент вербального сознания и мышления. Например, если у человека возникает необходимость совершить какое-то сложное направленное движение, то оно, естественно, контролируется помимо двигательного и другими вариантами сознания и зрительным, осязательным, вербальным сознанием в частности. Естественно, что для участия в этом каждого вида сознаний будет различна, и будет зависеть от необходимости доминирования в данный момент.

Опять повторяю, что основа сознания есть дифференцировка того, что хорошо и что плохо, и это запрограммировано для каждого вида и для каждого существа. Кроме того, это и выработка программы того, чтобы сделать то, что нужно.

Таким образом, эмоциональное сознание определяет нашу практическую привычную деятельность, где нет необходимости осуществлять сложный уже вербальный анализ, чтобы действовать более успешно. Опять же повторяю, что получаемая информация сознания по каналам восприятия (зрительному, тактильному, обонятельному и т.д.) оценивается именно эмоциональным сознанием.

Возникает как бы «эмоциональная понятийность» с невербальным понятием, что надо сделать, чтобы было «хорошо». И уже вербальный анализ, вербальное мышление и вербальное сознание, т.е. «вербальная понятийность» дают возможность решать, как надо действовать в неожиданной и сложной ситуации. Эта вербальная понятийность базируется на вербальной памяти. Таким образом, вербальный анализ является наиболее совершенным элементом человеческого сознания и может контролировать и сознание эмоциональное.

Более того, вербальный анализ может перевести эмоциональные манифестации в речевое сознание. Отсюда опять-таки очевидно необходимо еще раз коснуться...?

Уникальная иллюстрация этого явления была описана в книге К. Келлер, слепо-глухо-немой, которая до семи лет жила, по ее свидетельству, в «полной темноте», т.е. не владела языком и вербальной понятийностью. Таким образом, она, будучи человеком, существовала фактически как животное, руководствуясь только эмоциональным сознанием. Только с семи лет начала осваивать тактильный язык и тактильную грамотность и в сущности обретать через тактильное сознание - сознание вербальное. У обычного человека вербальное сознание и вербальная понятийность базируются на сознании по каналам восприятия (зрительном, слуховом, обонятельном и т.д.). И случай с Кевин Келлер иллюстрирует возможность формирования его на тактильном сознании.

Вербальное сознание - это процесс и механизм усвоения окружающей информации, воспринимаемой человеком, а эффект понятийности - это уже результат того, что усвоено и «освоено» человеком, т.е. это то, что уже «оценено» и проанализировано. Поэтому это является программой потенциального и реального действия. Кевин Келлер, овладев вербальным сознанием на основе сознания тактильного, лишний раз показывает, что восприятие есть всегда сознание по каналам восприятия. И я об этом писал в своих книгах (В.Л.Райков. Сознание. М., 2000).

Таким образом, вербальное знаковое сознание может формироваться на базе сознания по каналам восприятия.

            Кроме того, необходимо считать проприоцептивное ощущение человека так же. как восприятие, есть сознание по каналам восприятия (могущее быть как невербальным, так и вербальным).,

Процесс невербального сознания может осознаваться как форма действия на основе этого невербального сознания. Оно может также переходить и в какие-то другие варианты сознания определяться, скажем, зрительной понятийностью, обонятельной понятийностью и, наконец, вербальной понятийностью или комбинацией этих элементов в зависимости от необходимых задач момента. Наиболее совершенной «понятийностью» является вербальная понятийность, связанная с вербальным сознанием. Это, очевидно, обусловлено тем, что при вербальном сознании, оперирующем вербальным грамматическим мышлением, дается возможность безграничной взаимосвязи слов-символов, моделирующий и форму зрительского сознания и мышления и в любую другую по каналам восприятия. Вербальное сознание дает возможность синтетического усвоения окружающего и проектировать возможное усвоение в вербальном мышлении как план, как творчество, как созидание.

 

СХЕМА ДЕЙСТВИЯ СОЗНАНИЯ

Сознание это система взаимодействия данного вида и данного организма с окружающим согласно врожденной генетической программе унаследованного данным видом. Сознание это программа возможного взаимодействия существа с окружающим и ощущением самого себя. Сознание это все интегрированные психические взаимодействия существа со средой, ее анализ, обусловливающий возможность выживания, существования и развития. И это наследственная программа возможности этого взаимодействия.

Через действие сознания вырабатывается программа необходимых действий для жизни организма.

Сознание является основой жизненной функцией живых существ. Так же как виды живых существ отличаются различной морфологией, своим строением, также отличается и их сознание. От простейших до человека.

            Мне представляется, что нельзя считать, что существует еще и некая психика, отличающаяся от сознания и выполняющая как бы те же функции. Психофизиологическая направленность развития живого едина и сознание в своих многочисленных вариантах и функциях единственна.

Определять сознание животных в противовес человеку как психику, а сознание человека как сознание нельзя. И там, и там это биологический и эволюционный механизм. А что такое психика, научно не определено. Мы не можем отличать одно от другого, так как сознание - это механизм существования живого. Он может быть многофункциональным, но принцип психофизиологического механизма у него один.

Существует, однако, несколько вариантов усвоения окружающего через разные виды сознаний. Это сознание по каналам восприятия.

Это эмоциональное сознание и сознание вербальное. И они являются невербальными компонентами сознания. Существует и вербальная условная, знаковая, символическая форма сознания, которая у человека связана с функцией слуха, зрения и речевого мышления.

Вербальное сознание человека в принципе может формироваться и на других вариантах сознания по каналам восприятия. Например, даже у слепо-глухо-немых только на тактильном восприятии и тактильном сознании (К.Келлер).

Некоторые животные обладают какими-то элементами врожденного сознания, оно у них генетически запрограммировано.

Хотя приматы могут усваивать некоторые речевые приемы глухонемых и соответственно на каком-то примитивном уровне обладает вербальным мышлением. Иногда обезьяны даже учат этим приемам своих детенышей.

Сознание по каналам восприятия - это «информационное» сознание. Оно состоит из зрительного сознания, слухового, тактильного, проприоцептивное, обонятельного, вкусового, двигательного.

Помимо своей общей задачи давать информацию для анализа окружающего, сознание по каналам восприятия имеет возможность оценки получаемой информации, и по механизму мини-осознавания, т.е. возможность решения возникшей задачи, не выводя ее в вербальный анализ или в систему понятий вербального анализа. Здесь само действие можно считать аналогом осознавания.

В функции сознания необходимо выделить, как я предложил, систему «понятийносмти». Это то, что я полагаю, есть интегративный результат функций всех вариантов сознаний и выделяется как программа действия на основании этого.

Понятийность присутствует у всех живых существ и у человека. Существует понятийность вербального сознания.

Итак, существует сознание информационное и аналитическое.

Аналитическое сознание состоит из двух форм.

Первое - это древнейший вариант сознания, сознания эмоционального, обусловливающий все жизненные формы взаимодействия того, что хорошо и что плохо. Помимо совершенствования видов совершенствуется и сама программа общения живого со средой и с самим собой. На основании схемы, что хорошо и что плохо, что полезно, и что вредно у живого существа данного вида вырабатывается уже сложная схема поведения, фиксируемая в геноме и опирающаяся на индивидуальный багаж памяти (это и определяет физиологические функции организма, обеспечивающие жизнедеятельность именно для действия нормальной функции сознания).

Вторая система анализа, это вербальная система, имеющая особое определяющее значение в существовании человека, его цивилизации и его месте в существовании Вселенной.

Словесное речевое сознание это механизм возможной вербальной интерпретации любых вариантов сознания информационного и эмоционального, а также эффектов «понятийности» в любом из вариантов сознания. Эффект понятийности может иметь место и в самом вербальном сознании, когда человек, не проговаривая про себя, совершает какое-то действие, потенциально ориентируясь на их вербальное содержание, но не называя их (см. в книге). Движение сознания есть мышление.

Переход одного варианта сознания в другое есть мышление.

 

Rambler's Top100 Психология 100