Цитаты

Бехтерев Владимир Михаилович

Бехтерев
Владимир Михаилович

«Гипноз – это особое биологическое состояние в виде сноподобного оцепенения как общего тормозного рефлекса, наблюдаемого у различных видов животных, не исключая и человека.»

Соц. сети


Термины

(греч. heteros — другой, noma — зона) — ощущения, чужеродные по отношению к нормальному восприятию собственного тела.

Новости

24-09-2017
Петр Живный и Игорь Разыграев - диалог о гипнозе и психотерапии

В разделе Видеосюжеты опубликована запись беседы двух выдающихся гипнологов, учеников профессора В.Л.Райкова, Петра Живного и Игоря Разыграева. Смотрите видеосюжет

12-08-2017
Владимир Леонидович Райков

Опубликованы избранные философские материалы, научные статьи и творчество моего учителя, выдающегося гипнолога, профессора В.Л.Райкова. Раздел сайта "Владимир Леонидович Райков"
 

О гипнозе

Сознание и его границы

Куликов Л.В. Психология сознания

«Гипноз. Связь времен»

Обзор статьи Д.Виноградова «Гипноз-дело тонкое» из Медицинской газеты, выпуск №84, 1993 год.

В 1993 году в Москве во Всероссийском Центре профилактической медицины прошел Первый Международный конгресс по лечебному и творческому гипнозу и вызвал повышенное внимание как российских, так и зарубежных гипнологов, психиатров, психологов. Этот конгресс был посвящен памяти знаменитого итальянского ученого Марко Маркезана, создавшего в Милане Университет новой медицины.

Эксклюзивно о профессоре Райкове В.Л.

«Сначала я «видела» музыку в форме тонкой струны, жгута, несколько изогнутого. Этот жгут вворачивался в меня, я сама как бы оборачивалась вокруг него... я ощущала его». Нет, это не впечатления от действия ЛСД – так после сеанса творческого гипноза в 1996 году описывала свои переживания от прослушивания классической музыки одна из испытуемых Владимира Леонидовича Райкова, российского психотерапевта, ставшего, пожалуй, главным исследователем в области творческого гипноза.

Эксклюзивно о профессоре Райкове В.Л.

Профессор В.Л.Райков и доктор И.И. Разыграев проводят сеанс творческого гипноза
«Сначала я «видела» музыку в форме тонкой струны, жгута, несколько изогнутого. Этот жгут вворачивался в меня, я сама как бы оборачивалась вокруг него... я ощущала его».

Нет, это не впечатления от действия ЛСД – так после сеанса творческого гипноза в 1996 году описывала свои переживания от прослушивания классической музыки одна из испытуемых Владимира Леонидовича Райкова, российского психотерапевта, ставшего, пожалуй, главным исследователем в области творческого гипноза.

После занятий с ним люди неожиданно проявляли значительные для себя способности к живописи, музыке, шахматам, актёрскому мастерству и т. д., и это оставалось с ними надолго, а может быть, и навсегда. Но самое главное – испытуемые начинали смотреть на окружающий мир творчески, видеть красоту и гармонию в жизни. Нередко достигалось это с помощью довольно эффектного приёма: людям внушалось, что они признанные гении (Репин, Рафаэль, Комиссаржевская, Морфи, Рахманинов), и тогда у человека снимались барьеры, наложенные самооценкой, обществом – он начинал творить, полностью принимая предлагаемый образ. В гипнозе испытуемые не узнавали себя в зеркале, с удивлением смотрели на магнитофон и фотоаппарат «Зенит». Всё это можно увидеть в нашумевшем документальном фильме конца 60-х «Семь шагов за горизонт», где речь шла о скрытых и сверхспособностях человека. Но со смертью Райкова в 2007 году дело творческого гипноза, по сути, встало. И если за границей ещё встречаются какие-то работы на такую тему (нередко со ссылками на опыты Владимира Леонидовича), то в России с этим совсем плохо. И не потому, что у нас некому развивать творческий гипноз (хотя с серьёзными гипнологами в стране действительно туго). Дело, скорее, упирается в два факта: монетизировать достижения в этой области очень сложно – спрос невелик. И тут важную роль играет вторая причина: после такого изменения мировоззрения нетворческая работа, с которой человек ежедневно справлялся раньше, может показаться абсолютно неприемлемой. Далеко не каждый готов к таким переменам в жизни.

За рубежом популярна «теория игры»: якобы гипноз – это форма подыгрывания гипнотизёру, и большую часть эффектов можно сформировать и иными способами. Владимир Райков проводил интереснейшие исследования регрессии возраста в гипнозе. В экспериментах по исследованию мышления взрослым людям внушали возраст 4 лет. Брали контрольные группы: одни люди совершенно не гипнабельные, которым была поставлена задача обмануть гипнотизёра – делать всё так, как будто они великолепно загипнотизированы. Люди, которые играли в загипнотизированных, не смогли повторить феномены Пиаже (психологические явления, связанные с развитием интеллекта детей – прим. ред.). Артисты ТЮЗа (другая контрольная группа), которые, вроде бы, отлично знают детей, по системе Станиславского, входили в образ ребёнка. Они тоже не могли воспроизвести эти феномены. Получается, что регрессию возраста не сыграешь, это качественное изменение мышления, которое в гипнозе воспроизводится на 100 %. Кроме того, Райков показал, что в гипнозе при внушении младенческого возраста глаза начинают плавать в разные стороны с разными скоростями, появляются хватательный, сосательный рефлексы. И о какой теории игры речь в этом случае?

«Испытуемый М. Л. был гениально бездарен в области рисования, – пишет Владимир Райков в своей книге «Биоэволюция и совершенствование человека». – Все рисунки в школе за него делали папа и мама. И процесс рисования как таковой был для него более чем неприятен. С его слов, он как-то после очередного сеанса гипнотического рисования пришёл домой, как бы машинально взял чистый лист бумаги и стоя нарисовал очень хороший, красивый и похожий портрет своей матери. Мама была, конечно, потрясена и долго плакала: она решила, что её Мишенька «сошёл с ума», так как вдруг он стал рисовать столь замечательным образом».

В этом нет чуда, чего-то сверхъестественного: с помощью гипноза способности у человека не появляются, а проявляются, становится возможным быстро их развивать. Также, по словам Райкова, происходит «обучение психическому состоянию творческого самоощущения». Одним из методов Владимира Леонидовича было внушение на глубокой стадии гипноза образа признанного художника, музыканта, шахматиста и т. п. – особенно талантливых людей. В таком состоянии испытуемые творили на порядок лучше, чем в бодрствовании. Это подтверждалось и экспертами: например, известный шахматист Михаил Таль сказал, что испытуемый в образе Поля Морфи играл примерно на 2 разряда лучше, чем без гипноза. Сами гипнотики после сеансов не могли поверить, что они, к примеру, создали эти картины.

Прямая инструкция («Рисуйте как можно лучше!») такого эффекта не давала. Всё дело в том, что, принимая образ Репина, Рафаэля или Пикассо, человек включает все потенциальные возможности образного мышления. Тогда ему даже не нужны указания гипнотизёра. «У человека меняется самооценка, самовосприятие, – пишет cтарший лектор Тель-Авивского университета, психофизиолог Вадим Семёнович Ротенберг в книге «Образ Я и поведение». – Восприятие себя как человека творческого является важнейшим компонентом творческого акта. Это вовсе не означает отсутствия критики к результатам собственной деятельности. Напротив, по-настоящему творчески одарённые люди весьма критичны к результатам собственного творчества. Но есть одно важное условие: эта критичность проявляется только после «инсайта», после озарения, когда новое уже создано, а не в процессе его зарождения. Критическое отношение – свойство левого полушария мозга, достояние сознания. В момент же зарождения нового (идеи или образа) правое полушарие должно быть свободно от безжалостного критиканства приземлённого и ограниченного сознания». Такое теоретическое объяснение подтверждают и впечатления одной из испытуемых: «На этих сеансах... уходит холодный контроль, мешающий, строгий надсмотрщик».

В.Л. Райков и И.И. Разыграев на семинареВероятно, всё это могло остаться чем-то вроде курьёза в гипнологии, ведь человек после сеанса должен забывать то, что с ним происходило. Но Владимир Леонидович вынес такое мироощущение за пределы гипноза, назвав это постгипнотической инерцией. В своей книге «Неужели я гений?» доктор философских наук Вин Венгер и журналист Ричард Поу называют постгипнотическую инерцию «эффектом Райкова». Но аналоги у неё, конечно же, есть. Правда, владеют этими принципами работы немногие. После сеансов Райкова люди и в бодрствовании могли вводить себя в творческое состояние. В одном из интервью Владимир Леонидович описывает это так: «Человек легко настраивает себя на «режим» наибольшей творческой активности, и тогда у него всё легко получается, ему всё интересно. Он по-настоящему наслаждается процессом работы и, что очень важно, может легко сконцентрировать внимание только на творческом процессе, «отключившись» от внешних помех. У человека в этот период повышается работоспособность и снижается чувство усталости. Причём... работоспособность увеличивается не только по отношению к тому делу, которым он занимался в гипнозе, но и вообще».

Эти чудеса изменения личности, да и сами довольно эффектные методы использования образов великих людей, не могли не привлечь каких-то шарлатанов, а может быть, и просто больных людей. Из статьи в статью «гуляет» рассказ о том, что Райков считал, будто во время сеансов гипноза испытуемые способны получать информацию от давно умерших людей. В подтверждение приводится история о том, как одному студенту внушили, что он известный американский шахматист второй половины XIX века Поль Морфи. Молодой человек о нём якобы ничего не знал, но мало того, что стал значительно лучше играть, но и начал вести себя так, как американский шахматист. Кроме искажения фактов тут очевидно и банальное незнание.

Ещё более экзотический вариант интерпретации опытов Райкова выглядит так: под гипнозом раскрываются не потенциальные возможности человека, а проявляют активность «существа параллельного мира». И если уж они начали через вас вещать, то это навсегда, что, безусловно, ставит вашу жизнь под угрозу. В научном мире к Райкову относились не всегда доброжелательно, и подобные провокационные истории, связанные с его именем, ничего хорошего принести ему не могли. Владимир Леонидович был довольно харизматичным человеком. «Он сам пел, снимался в фильмах и был очень необычной творческой натурой, – вспоминает академик РАМН, заведующий кафедрой нормальной физиологии Первого московского государственного медицинского университета им. И. М. Сеченова Константин Викторович Судаков. – У него наблюдались небольшие странности, но общаться с ним было интересно, потому что он многое знал, умел хорошо говорить». Кого-то «небольшие странности» всё же смущали, к тому же под исследования гипноза Райков подводил философскую базу, что далеко не всегда встречало понимание. Весь Советский союз посмотрел фильм «Семь шагов за горизонт». Это значимая вещь для пропаганды гипноза. Он сделал потрясающие вещи, провёл великолепные демонстрации возможностей техник гипноза, возможностей для психологических исследований, экспериментов. Его вклад в это дело заметен и уникален».

Однако у Владимира Леонидовича долгое время не было полноценных условий для исследований. Академик Судаков объясняет, что «получить какую-то лабораторию учёному, работающему вне института, – это целая проблема. Надо особенно убедительно доказать, что твоё дело стоящее». Но массового запроса на творческий гипноз тогда не было, в перспективе тоже. В 1986 году в журнале «Смена» вышел материал, в котором авторы негодовали: Академия наук СССР, Академия медицинских наук и Минздрав СССР «не хотят признать учёным человека без званий и степеней, хоть он и проделывает в своё свободное время немаловажную часть ИХ работы». Не имея лаборатории, Райков находил варианты проводить сеансы то в поликлинике на Арбате, то на мансарде старого дома и оттого ещё больше был похож на непризнанного гения. В этой поликлинике я и познакомился с Владимиром Леонидовичем и он предложил мне работать совместно в лаборатории, которую он получил в 1988 лабораторию в Государственном научно-исследовательском центре профилактической медицины. Мы посещали пациентов и научные конференции, побывали в Милане, Новосибирске, Нью-Йорке, Вене, Магадане и других городах мира. Райков сотрудничал с кафедрой психотерапии Российской медицинской академии последипломного образования (тогда это был Центральный институт усовершенствования врачей), читал лекции в Московской медицинской академии. Совместно мы прочитали первый за десятки лет курс лекций на психологическом факультете МГУ.

«Райков был кандидатом медицинских наук, но не был профессором. Хотя из-за его амплуа и знаний мы всегда представляли его студентам как профессора, – вспоминает Константин Судаков. – Мы постоянно зовём различных учёных, наших, зарубежных в рамках одного из элективных курсов. Это необходимо, чтобы студенты размышляли, не думали, будто всё ясно в нашей науке. У Райкова всегда была полна аудитория». Но несмотря на такой интерес со стороны студентов к деятельности Владимира Леонидовича, учеников у него было не так много (Разыграев И.И., Петр Живный). И сейчас они лечат алкоголизм, наркоманию и помогают избавиться от лишнего веса, депрессий, фобий, страхов и, что самое главное, стремятся продолжить дело жизни Райкова – развитие творческого гипноза. Именно для этого нами была в 1993 году создана Ассоциация творческого и лечебного гипноза, президентом которой я являюсь.

10 июня 2015
гипнолог, психотерапевт к.м.н. Разыграев И.И.

«Семь шагов за горизонт»

Rambler's Top100 Психология 100